Добро пожаловать!

 

«Последний вальс»: Пролетая над Комарово

Фильм «Последний вальс» о гениальном композиторе Олеге Каравайчуке сняла студентка ВГИКа. Её дебют оказался в конкурсе документального кино на кинофестивале класса А.

Последний вальс 2017

39-й Московский Международный кинофестиваль
Конкурс документального кино

Последний вальс (2017, Россия)
Режиссёр: Юлия Бобкова
Мировая премьера: 39-й Московский кинофестиваль / 39th Moscow International Film Festival (2017)

Было и стало

Через мысли героя, через его неподдельную боль рассказана история гибели гениального места, настоящей «зоны» по Стругацким, а вместе с тем история современности. Метафизическое место, где свободно дышалось и творилось, превратилось в собственность коммерческой элиты. Она срубает вековые ели, некогда вдохновлявшие творцов, громоздит заборы, царствуя в обособленном мёртвом мирке практического комфорта. Камера призраком плывёт по тюремным лабиринтам Комарово (как называет посёлок Олег Каравайчук), запечатлевает антагонистическое взаимодействие человека и природы, пропажу поэзии и чувствования. Смерть героя, протест против современной действительности, его прощальное путешествие-пролёт над Комарово под мелодию «Последнего вальса» необратимо уносит за собой целую эпоху.

Однако это не пессимистический или негативный взгляд на общество. Не попытка нокаутировать заборолюбов и не снобистский укор обществу челяди. Вслед за героем режиссёр зовёт зрителя вспомнить или узнать, как можно иначе взаимодействовать с природой, острее и глубже чувствовать каждое мгновение «через кровь», по словам Каравайчука.

Последний вальс 2017

Метафоричность Комарово

Чуткий зритель пропускает через себя минуты, концентрированные особо выразительным как с точки зрения визуального, так и музыкального начал. Трудно сказать, кто кому аккомпанирует: то ли Каравайчук наряжает фильм в свою грандиозную музыку, то ли режиссёр дополняет музыку, раскрывая её многогранность силой метафоричного киноязыка.

Зрителю представлена не однобокая история: визуальный ряд рождает множество образов, выхваченных из реальности, они выстраивают весь фильм. Чего стоит один из последних эпизодов: парящая над заснеженным домом композитора камера фиксирует на крыше мистическим образом прорисовывающийся крест. Чем выше она поднимается над землёй, тем больше дом походит на могилу, а посёлок — на кладбище.

Камера в целом очень чутко наблюдает за природой и мгновением. Побережье Финского залива снято в духе Тарковского, а кадры леса напоминают стиль его последователя — Ларса фон Триера.

По нотам от и до

Монтаж точно создавался по нотам, продиктованным Каравайчуком. Кадры слиты с музыкой композитора, непрестанно сопровождающей эпизоды, будто не только «Последний вальс» писался для фильма, но и ранние произведения, звучащие в киноленте. Визуальное и аудиальное начала соединяются, как ствол могучего дерева, которое не свалить. Образ дерева здесь ключевой. Срубленная богатым соседом ель, падение вековых гигантов один за одним, массовая отправка трупов-стволов на товарных поездах — символы обрубленной связи с прошлым, со своими корнями, с природой.

Последний вальс 2017

Но вдруг мир по ту сторону баррикад — противостоящий гению Каравайчука и умерщвляющий его — показывается поэтично и возвышенно, точно режиссёр решается гармонизировать сосуществование первобытного, божественного и материального. Автомобиль движется в унисон дыханию леса, через который он по горке вниз скатывается, а главное, что это медленное скатывание под музыку Каравайчука!

Вальсы смерти

Сам герой от нового дивного мира сбегает в могилу. Его смерть показана как нечто неизбежное и очевидное. Сцену похорон органично сопровождает «Вальс гробовщиков», а сам композитор с самого начала фильма то грозится умереть, то оставляет последние слова-завещания, то прямо говорит, что всё случится скоро, а его последние вальсы — «предсмертная икота».

Кладбищенская тема, одна из ведущих, приобретает новое звучание. На кладбище есть жизнь: кадры хроники 2002 года запечатлевают Каравайчука — весёлого, внеземного, порхающего мальчика 70 с лишним лет, который признаётся в любви этому месту и сообщает, что вальсы хорошо пишутся именно здесь, на кладбище.

В киноленте вальсирует всё: поэзия и меркантильность, жизнь и смерть. Причём жизнь описывает вальсовые квадраты среди могил, а смерть — среди тюремообразных дворов элиты. Но она не становится основой драмы. Смерть — просто этап, отправление в более совершенный мир, хотя это и вынужденный выбор героя, оставшегося последним на некогда заселённой гениями земле.

Не чудак, а человек

Чуть больше года назад состоялась премьера фильма испанского режиссёра Андреса Дуке «Олег и редкие искусства». Кинолента напоминает киноконцерт Олега Николаевича, в антрактах которого он вещает одноглазому зрителю-камере ценные мысли, разрозненные между собой. Каравайчук предстаёт чудаком, он чужд режиссёру. Юлия Бобкова рассказывает о нём как о человеке, раскрывая его личность с разных сторон через историю уникального посёлка. Она сопереживает и понимает композитора.

Последний вальс 2017

Сумасброд-весельчак, радующийся жизни, говорит уникальные вещи в кадрах хроники Потёмкина, устраивает экскурсию по Комарово, показывает дачи Улановой, Соловья-Седого, Шостаковича и многих других. В противовес невесомому, пляшущему мальчику появляется уставший и замученный тюрьмой заборов старик, медленно передвигающийся по переулкам родного посёлка. Он с болью и ненавистью обращается в камеру Сергея Ландо.

Третья линия, снятая командой Бобковой, — концерты, которые композитор вынужденно давал в последние месяцы жизни. Здесь показываются отношения художника и публики: это не разговор композитора тет-а-тет с тем, кто стоит за камерой, это монолог с публикой. Три состояния героя, три повествователя дают полноценный портрет личности. Каравайчук видится самобытным мыслителем, мудрецом, при этом остаётся необъяснимостью, немыслимым сгустком энергии, который прибудет ли ещё?

Вердикт

Сопереживающим и чутким, философам и людям искусства этот фильм станет терапией, вселяющей и здоровый страх перед необъяснимым могуществом музыки, и надежду на избавление от тюрьмы материального мира.

10/10
Злата Шамшура