CinemaFlood

Добро пожаловать!

 

Кентакер Одли: «Сегодня тяжело заставить людей интересоваться чем-то отличным от супергероев»

На фестивале американского кино AMFEST показали «Сильвио» — фантастическую драмеди об антропоморфной горилле, которая пытается найти своё место в мире. Представлять свой фильм в Россию приехали режиссёры Кентакер Одли и Альберт Бирни. Нам удалось расспросить их про совместную работу, независимое кино и тот самый костюм гориллы.

Полнометражный фильм о горилле по имени Сильвио вырос из видеоблога в социальной сети Vine, который Альберт Бирни в костюме обезьяны вёл на протяжении нескольких лет. Забавные 6-секундные ролики (вайны — прим. CinemaFlood) собрали свою полумиллионную армию фанатов. Когда Бирни познакомился с Кентакером Одли и появилась идея о фильме, они обратились к любителям Сильвио и собрали деньги на производство благодаря краудфандинговой платформе Kickstarter.

Почему вы решили поработать над фильмом вдвоём?

Альберт Бирни: Мы встретились впервые на кинофестивале, а потом снова на съёмках фильма, в котором оба участвовали. Персонаж Сильвио появился на Vine уже тогда, и Кентакер сказал: «Это круто, мы должны поработать вместе, может фильм снять». У нас были какие-то похожие взгляды на вещи, но в то же время по-своему разные. Мы подумали, что это будет весело — объединить наши усилия и посмотреть, что из этого выйдет.

Sylvio 2017

Кадр из ленты «Сильвио»

У вас не было никаких споров во время съёмок?

Кентакер Одли: У нас у обоих довольно лёгкий характер, мы люди не очень конфликтные. Впрочем, были дискуссии о том, какую историю мы хотим рассказать. Это действительно тяжело — понять, что вы хотите выразить, потому что в основном самовыражение и творчество — это индивидуальный голос. Когда совмещаешь творческий порыв двух людей, неизбежна борьба за то, чтобы выразить что-либо от лица обоих. Так что да, было много обсуждений о том, как показать это миру, хотим ли мы передать зрителю недвусмысленное послание или быть более экспериментальными.

А.Б.: Я думаю, мы оба как бы на одной волне, так что это было довольно лёгкое сотрудничество. Не было никаких: «Нет, я думаю это должно быть так! А я думаю, что так!». Мы здорово провели время вместе, работая над картиной.

Как забавные скетчи из Vine переросли в трогательную историю о творческом самоопределении, о толерантности и иногда её отсутствии? Почему вы решили, что это будет именно такая история?

А.Б.: Во многом это из-за расширения, выхода за рамки 6-секундных видео, к более насыщенному нарративу. Произошло создание эмоциональной связи. В коротком видео ты можешь положиться на новаторскую картинку, такой весёлый визуальный компонент, но для полнометражного фильма это было бы утомительно и скучно.

К.О.: Для нас фильм — это то, что создаёт эмоциональную связь. Я рад, что вы упомянули идею толерантности, мы действительно в восторге от истории об аутсайдере, который подвергается осуждению со стороны окружающего мира. О том, как он старается примириться с тем, что люди думают о нём, и что он сам чувствует. Я думаю, это всегда было где-то в вайнах, но, переводя на язык полнометражного кино, это нужно было объяснить в каких-то деталях, создать большую историю таким образом, чтобы появилась некая эмоциональная отдача.

А.Б.: Когда ты создаёшь что-то большое, ты пишешь о том, что знаешь, и естественным образом твоя собственная история проступает через то, что ты делаешь. Несмотря на то, что это фантастическая история о горилле, мы всё еще просто люди, и у нас есть свои сражения — мы боремся за свои фильмы, за то, чтобы создать нечто креативное. Мы вложили это в историю Сильвио.

Выходит, в фильме показана ваша личная история?

А.Б.: Да, очень личная! Несмотря на то, что кино о горилле, оно получилось очень личным.

Как вам удалось парадоксальным образом соединить в картине абсолютный сюрреализм с близким каждому человеку бытом и проблемами?

А.Б.: Я не могу сказать, что это было тяжело, потому что изначально в вайнах это всегда начиналось с того, чтобы поместить сюрреалистичное фантастическое существо в наш мир, изобразить его делающим очень простые вещи, такие, которые могли бы делать мы с вами. В фильме это было сделано таким же образом: пусть он работает в офисе и водит обычную машину. Через эти простые действия получается запечатлеть какие-то личные вещи, через которые проходят большинство людей — одиночество или ощущение своей непохожести. Это то, что было интересно: поместить фантастическое существо в простое, не скучное, но рутинное пространство. Эта мысль всегда присутствовала в истории, я думаю, что возможно именно это направляющая сила Сильвио.

Одна из важных тем ленты — то, как люди судят о Сильвио по внешности. Когда вы прописывали эту часть сценария, вы задумывались, как это актуализируется сейчас из-за популярности идей бодипозитива и борьбы с лукизмом или же в вашем понимании это некая вечная тема?

К.О.: Мне кажется, люди в России в большей степени подхватили эти идеи, чем американцы. Для меня это общечеловеческая вечная проблема, она актуальна для любых культур в любой промежуток времени. Мне кажется, это определяет нас как людей: создание границ между друг другом, стремление говорить: «Этот человек отличается от меня, он выглядит иначе». Но для нас суть в том, что эти разделения поверхностны. Мы все едины, и я не верю, что какие-то различия могут быть причиной споров и тем более того, чтобы смотреть на людей свысока. Ведь мы все разделяем общее пространство, мы живём в одних городах, странах, на одних континентах. Для меня основная идея — это жить вместе в мире и согласии. Это начинается с принятия себя, а затем принятия того, что тебя окружает. Для меня это действительно актуально в данный момент, но это и вечно существующая проблема людей: разобраться в самих себе и в своём окружении.

Насколько сложно было передать характер и эмоции персонажа, который не говорит и не меняет выражение лица? Был ли это своеобразный челлендж — работать с таким заглавным персонажем в полнометражном фильме или после всех снятых вайнов это было легко?

А.Б.: Я бы сказал, что после всех этих вайнов у меня уже было представление о том, как это делать. Это было очень инстинктивно. Я думаю, ты начинаешь осознавать, как много можно показать с помощью, например, плеч и вообще языка тела. Просто какими-то маленькими внезапными движениями, например, опустить вниз голову или, наоборот, поднять. Так что для меня это было очень просто. Мне никогда не приходилось думать о том, как показать определённую эмоцию, я просто понимал, что чувствует Сильвио в этой сцене и изображал это. Часто под маской я менял выражения лица, не нарочно, просто это происходило абсолютно естественно. Мне было очень просто, я даже думаю, что гораздо тяжелее было людям, которые играли вместе с Сильвио, потому что им приходилось смотреть в это пустое лицо и как-то на него реагировать.

К.О.: Мне кажется, если Сильвио находится в контексте, в какой-то тяжёлой эмоциональной сцене, ты можешь понять, что он хочет сказать даже без выражения лица. Хоть оно и не меняется, ты можешь видеть, как он становится из счастливого грустным благодаря окружению и тому, что происходит вокруг.

Sylvio 2017 (Кентакер Одли)

Кадр из ленты «Сильвио»

Чувствуете ли вы большую ответственность перед своими зрителями из-за того, что собирали деньги на фильм краудфандингом? Например, фанаты блога Сильвио на Vine могли ожидать более юмористическую историю, нежели что-то серьёзное.

А.Б.: Мы осознавали, что есть аудитория, пришедшая с Vine, и мы хотели их порадовать. Мы постарались добавить в фильм достаточно вещей, близких по атмосфере к вайнам: маленькие сцены, гэги и забавные моменты. Надеемся, что они (аудитория Vine) останутся с нами и позволят атмосфере вайнов расшириться в более длинную историю. Я думаю, если люди смотрели все видео в блоге на протяжении нескольких лет, они скорее всего уже знакомы с разными гранями Сильвио, как с доброй и беззаботной, так и с более тёмной, которая тоже всегда присутствовала в видео, в более эмоциональных сценах.

Есть одна приятная вещь, связанная с краудфандингом: множество людей дают по чуть-чуть. Это отличается от того, как если бы один человек дал бы нам все деньги, тогда пришлось бы убедиться, что этот человек доволен. Однако в случае с краудфандингом средства распределены среди большого количества людей. Они понимают, что мы постараемся сделать всё, что в наших силах, и они в итоге получат ту историю, которую нам хотелось рассказать. Ну и футболку в подарок, надеемся, что все останутся довольны таким обменом.

Не кажется ли вам, что малобюджетное кино теряется в потоке блокбастеров и бесконечных фильмах о супергероях? Что может его спасти? Как раз краудфандинговые платформы?

А.Б.: Я думаю, что существование абсолютно разного кино — это важно. И хотя фильмы о супергероях находятся в эдаком ренессансе сейчас, для независимых фильмов всё ещё есть пространство. Я очень хочу, чтобы независимое кино продолжало своё существование, знаю, что многие мои друзья солидарны со мной. Думаю, что пока люди снимают такие картины, всегда будут и те, кто захочет их посмотреть. Но иногда я и сам люблю сходить в кино на фильм о супергерое.

К.О.: Быть режиссёром независимого кино довольно тяжело. Это действительно не трендовое кино, совсем не то, на что люди в первую очередь пойдут в кинотеатр. «Сильвио» — это практически немое кино, наш персонаж не разговаривает, на экране нет никаких кинозвёзд. Сегодня тяжело заставить людей интересоваться чем-то отличным от супергероев. Снимая независимый фильм, ты работаешь за бесплатно несколько лет, а зарабатывать приходится где-то ещё. Но мы делаем это из любви к творчеству.

А.Б.: Ещё мы поняли, что нам правда нравится заниматься этим, потому что это позволяет нам путешествовать, например, приехать сюда, в Москву.

Goodnight from Russia.

A post shared by Kentucker Audley (@kentuckeraudley) on

Как вам Москва?

А.Б.: О, она чудесная. У нас была возможность просто погулять здесь вчера.

К.О.: Мы первый раз в России. Она экзотичная, очень отличается от Америки. У меня были какие-то картинки в голове, стереотипы, детские впечатления, о том, как я в 7 лет смотрел в книгу и думал, что я никогда не видел ничего подобного: архитектура, церкви… Увидеть это в живую — очень богатый опыт. Я никогда не видел ничего похожего на Россию.

Рада, что вам здесь понравилось. Последний вопрос: собираетесь ли вы продолжать работать вместе? Стоит ли нам ждать ваш новый совместный фильм?

А.Б.: Да, у нас уже есть планы. Ещё очень рано об этом говорить, но мы хотим снова поработать вдвоём, продолжать исследовать другие истории. Да, там не будет гориллы! Хотя другие животные… (смеётся)

К.О.: Скорее всего, это будет что-то более таинственное. Новый фильм будет более туманный, почти жутковатым, близким к ужастику. «Сильвио» получился практически семейной картиной, теперь мы хотим исследовать более мрачную территорию.

А.Б.: Да, мы ведь будем немного старше…

К.О.: Станем циничными! (смеются) Путешествие сюда подарило нам много идей для новых фильмов, думаю, что вы сможете почувствовать Россию в них. Мы тут устраиваем мозговые штурмы и пишем какие-то сцены для нашего будущего проекта. Пребывание здесь как будто открыло для нас историю, которую мы собираемся рассказать.

Беседовала Вероника Покровская